Собеседование или слушание без переводчика: что требуют процедуры, когда ошибка перевода ведёт к повторному собеседованию и как заявить возражение вовремя.
Картина повторяется в разных вариациях. Заявление на статус на основании брака отклоняется из-за «противоречий», возникших в собеседовании о подлинности отношений, проведённом на иврите. Разрешение на работу по уходу аннулируется после слушания на языке, который работница понимает очень плохо. Приказ о высылке выносится по итогам слушания, проведённого через прерывистый телефонный перевод, а иногда — с помощью приложения-переводчика. Во всех этих случаях возникает один и тот же вопрос: если я не поняла вопросы, можно ли полагаться на данные мной ответы?
Ответ не «всё недействительно», но и не «это не имеет значения». Закон признаёт право на то, чтобы процедура, способная причинить вам вред, велась на понятном вам языке, и возлагает обязанность перевода на ведомство — но заявляющий о нарушении должен показать не только то, что язык не был понят, но и то, что это причинило реальный вред. Ниже — что требуют судебная практика и процедуры, как рассматривается такое заявление и что важно сделать уже во время самого собеседования.
Верховный суд постановил, что обязанность обеспечить проведение собеседования на языке, которым владеет опрашиваемый, и при необходимости прибегнуть к помощи переводчика, вытекает не только из процедур ведомства, но прежде всего из принципов административного права: права быть выслушанным лица, которому может быть причинён вред административным решением, и обязанности слушания, возложенной на ведомство. Также было установлено, что эти правила распространяются на лиц, не являющихся гражданами, и что объём права расширяется по мере роста тяжести ожидаемого вреда (Адм. апелляция (Верховный суд) 8675/11 Тадессе против отдела по делам просителей убежища (RSD) (14.05.2012)).
В дальнейшем Верховный суд вновь отметил, что нет спора о том, что слушание должно проводиться на языке, понятном находящемуся под стражей, и что при необходимости ему должны быть предоставлены соответствующие услуги перевода; в том же деле ведомство также не оспаривало свою обязанность фиксировать слушание в надлежащем протоколе и передавать копию находящемуся под стражей и его представителям (Барам (Верховный суд) 8707/19 (15.10.2020)). Апелляционный трибунал (Бейт-дин ле-эрарим) сформулировал это практическим языком: обязанность добросовестности требует, чтобы опрашиваемый действительно понимал вопросы и мог отвечать на них на своём языке или через профессиональный перевод, тогда как отсутствие перевода бросает «тяжёлую тень» на степень понимания и на вес данных ответов (Эрар (Тель-Авив) 1864-25 (25.03.2026)).
Процедура 5.1.0013 (Процедура проведения собеседований, 2-е издание, 31.08.2016) — основная процедура. Пункт ו.1 устанавливает, что собеседование проводится на языке, которым опрашиваемый владеет и который понимает, а пункт ו.2 добавляет, что если нет интервьюера, говорящего на его языке, собеседование переводится переводчиком от имени ведомства. Пункт ז.1 устанавливает, что собеседование фиксируется на иврите — отсюда важность пункта ח.2, согласно которому опрашиваемому, не говорящему на иврите или не умеющему читать, документация переводится, и только после этого его просят подписать её; пункт ח.4 устанавливает, что отказ подписать документируется, а пункт ה.1 допускает присутствие сопровождающего.
В правоприменительных процедурах Процедура 10.3.0001 (Издание приказов о высылке и содержании под стражей, 4-е издание, 15.03.2023) более подробна: пункт ד.1.6 обязывает проводить слушание на официальном языке страны происхождения, которым владеет находящийся под стражей, или на любом другом понятном ему языке, через переводчика — сотрудника подразделения или сотрудника переводческой компании, и допускает телефонный перевод при его отсутствии. Пункты ד.2.9 и ד.2.10 обязывают указывать в протоколе язык слушания, данные переводчика и способ перевода; пункт ד.2.12 обязывает удостовериться, что находящийся под стражей понял содержание слушания и решение, задокументировать это и передать ему копию протокола; а пункт ד.1.7 обязывает заранее проинформировать его о праве проконсультироваться с адвокатом и быть представленным.
Аналогичный порядок действует в процедурах предоставления убежища согласно Процедуре 5.2.0012 (11-е издание, 15.10.2024). А на пограничных переходах пункт ה.21 Процедуры 6.4.0010 (01.01.2025) обязывает вручить лицу, которому отказано во въезде, письменное решение на понятном ему языке и получить его подпись в подтверждение того, что его значение было ему разъяснено.
Бремя лежит на ведомстве, а не на вас: переводчик действует «от имени ведомства» — это сотрудник подразделения или сотрудник переводческой компании, с которой ведомство заключило договор. Вы не обязаны оплачивать переводчика и не должны зависеть от члена семьи, работодателя или другого содержащегося под стражей лица. По делу Тадессе Верховный суд подверг критике углублённое собеседование, переведённое другим лицом, содержавшимся под стражей, не являвшимся подготовленным переводчиком, — в том числе из-за отсутствия подготовки и риска конфликта интересов. Там же было установлено, что от государства нельзя ожидать предоставления переводчика для каждого языка и диалекта, но когда речь идёт о языке, распространённом среди обращающихся, отсутствие переводчика неоправданно.
Приложения-переводчики не заменяют переводчика, тем более в процедуре, касающейся лишения свободы. В Трибунале по надзору за содержанием под стражей заседание было открыто с помощью приложения-переводчика, и трибунал объяснил содержащемуся под стражей, что из-за отсутствия подходящего переводчика для его языка заседание будет перенесено на следующий день; заседание судебного надзора затем было проведено с помощью переводчика (дело 1563-08-26, решения от 24.08.2026 и от 25.08.2026). Практический урок: когда надлежащий перевод недоступен, решение — отложить заседание, а не проводить его любой ценой.
Не любое заявление о нарушении перевода отменяет собеседование или решение. Окружной суд по административным делам в Иерусалиме сформулировал два барьера: во-первых, доказать, что собеседование проводилось на языке, отличном от того, который понимает опрашиваемый, и что разрыв между языками значителен; во-вторых, показать, что в конкретном случае нарушение привело к неясности и непониманию таким образом, что это не позволяет полагаться на ответы и затрагивает саму суть права быть выслушанным (Адм. иск (Иерусалим) 14503-02-13 (09.04.2013)). Там иск был отклонён, поскольку истица давала длинные и подробные ответы и не указала на конкретное непонимание — тем не менее суд отметил, что ведомству следует заботиться о проведении собеседований носителями того же языка.
Апелляционный трибунал вывел из судебной практики четыре критерия: привёл ли разрыв в переводе к неясности, не позволяющей полагаться на ответы; сорвала ли процедура справедливую возможность изложить доводы; было ли заявлено возражение в реальном времени; и был ли указан конкретный разрыв, свидетельствующий о непонимании заданного вопроса. Любое сомнение по этим вопросам толкуется в пользу апеллянта (Эрар (Иерусалим) 1775-19 (15.11.2020)). Обычное средство защиты — не полная отмена, а повторное собеседование или слушание и новое решение — как в деле Тадессе, где решение ведомства было отменено и было установлено, что должно быть проведено новое собеседование на языке оромо.
Большинство заявлений в этой области терпят неудачу не потому, что у них нет основы, а потому, что они заявляются слишком поздно и слишком обобщённо. Если вы не понимаете — скажите об этом сразу и прямо и попросите зафиксировать это в протоколе; попросите переводчика на ваш язык и не довольствуйтесь импровизированным переводом; попросите указать в протоколе язык процедуры, личность переводчика и способ перевода, как того требуют пункты ד.2.9 и ד.2.10 Процедуры 10.3.0001.
В конце не подписывайте документ, который вам не зачитали и не перевели: пункт ח.2 Процедуры 5.1.0013 обязывает переводить документацию перед подписанием, а пункт ח.4 устанавливает, что отказ подписать документируется — то есть мотивированный отказ является шагом, предусмотренным процедурой. Попросите копию документации: на слушании перед изданием приказов о высылке и содержании под стражей копия протокола передаётся иностранцу (п. ד.2.12), тогда как в собеседовании по Процедуре 5.1.0013 её можно получить только по запросу и только после окончательного решения, и даже тогда будет передана документация хода собеседования, а не резюме и выводы (п. ז.6). И наконец — попросите аудиозапись. По делу Тадессе Верховный суд отметил пользу звуковой фиксации, которая предотвращает голословные заявления и позволяет проверить качество перевода.
Решение об отказе или аннулировании разрешения бюро Управления народонаселения и иммиграции сначала оспаривается путём внутренней апелляции согласно Процедуре 1.6.0001 (8-е издание, 24.02.2022) в срок, указанный в самом решении. Если внутренняя апелляция отклонена, можно подать апелляцию в Апелляционный трибунал (Бейт-дин ле-эрарим) согласно Закону о въезде в Израиль, 5712-1952, в срок, установленный законом, а его решение можно обжаловать в окружном суде, заседающем в качестве суда по административным делам, в течение 45 дней.
В процедурах содержания под стражей путь быстрее: лицо, в отношении которого издан приказ о содержании под стражей, предстаёт перед Трибуналом по надзору за содержанием под стражей согласно пункту 13יד закона, и трибунал вправе распорядиться о повторном слушании в присутствии переводчика и даже отложить заседание до нахождения подходящего переводчика; его решение также можно обжаловать в окружном суде в течение 45 дней. Помните одно процессуальное правило: довод о языке, заявленный впервые только на апелляции, теряет значительную часть своей силы. Его следует заявлять уже во время самой процедуры или, самое позднее, во внутренней апелляции, подробно указав, какие вопросы не были поняты и какой неверный ответ был дан в результате.
В деле Эрар (Тель-Авив) 1864-25 (25.03.2026) супружеской паре было проведено «внезапное» собеседование, без предварительного вызова, когда они пришли в бюро подать документы. Трибунал постановил, что внезапное собеседование затрудняет подготовку, наносит ущерб праву на представительство и снижает возможность воспользоваться помощью переводчика; собеседование проводилось на иврите, причём не было ясно, выбрала ли пара это сама или ей была предложена помощь переводчика. Дело было возвращено на повторное рассмотрение, включая проведение ещё одного собеседования.
В противоположность этому, в деле Эрар (Беэр-Шева) 2594-26 (09.07.2026) было отклонено заявление о неверном переводе собеседования, проведённого с помощью переводчицы китайского языка: довод не был заявлен в реальном времени, а члены семьи подтвердили на заседании, что апеллянт говорит на иврите. Апелляция была удовлетворена частично по иному основанию — из-за отсутствия рассмотрения представленных документов.
А Трибунал по надзору за содержанием под стражей постановил в решении от 22.10.2018, что слушание без присутствия переводчика и только с телефонным переводом нарушает процедуру и право быть выслушанным; однако, поскольку выяснилось, что содержавшаяся под стражей понимала вопросы и отвечала на них, приказ о содержании под стражей не был отменён, а вместо этого трибунал распорядился о проведении дополнительного слушания в присутствии переводчика в установленный срок (следует отметить, что Процедура 10.3.0001 в её нынешней редакции допускает телефонный перевод при затруднении с присутствием переводчика). Вывод единообразен во всех инстанциях: языковое нарушение почти никогда само по себе не отменяет решение, но в соответствующих обстоятельствах требует провести процедуру заново на понятном языке и принять новое решение.
Наша фирма сопровождает заявителей на статус, иностранных работников, израильских членов семьи и лиц, содержащихся под стражей, в процедурах, где возникает довод о нарушении языка или перевода. Мы изучаем протокол собеседования или слушания на предмет соответствия требованиям процедур, выявляем вопросы и ответы, в которых заметно непонимание, запрашиваем документацию и материалы, лежащие в основе решения, и формулируем довод в терминах, которые требуют трибуналы, — доказанный языковой разрыв и конкретный вред праву быть выслушанным, а не общее заявление. В соответствующих обстоятельствах мы добиваемся проведения повторного собеседования или слушания на понятном языке, сопровождаем вас в самой процедуре и представляем интересы во внутренней апелляции, в Апелляционном трибунале, в Трибунале по надзору за содержанием под стражей и в административной апелляции.
Нет. Судебная практика устанавливает, что не любое заявленное нарушение перевода ведёт к отмене собеседования или решения. Вы должны доказать две вещи: что собеседование проводилось на языке, который вам непонятен, и что разрыв между языками значителен, а также что это фактически причинило существенное непонимание и вред праву быть выслушанным. Когда довод принимается, обычное средство защиты — повторное собеседование или слушание и новое решение, а не полная отмена.
Обязанность возлагается на ведомство. Пункт ו.2 Процедуры 5.1.0013 устанавливает, что собеседование переводится переводчиком от имени ведомства, а пункт ד.1.6 Процедуры 10.3.0001 устанавливает, что слушание проводится через переводчика — сотрудника подразделения или сотрудника переводческой компании. Вы не обязаны оплачивать переводчика, и недопустимо, чтобы перевод осуществлял член семьи, работодатель или случайное лицо.
Процедура 10.3.0001 допускает телефонный перевод при затруднении с присутствием переводчика и обязывает документировать в протоколе способ перевода. Приложение-переводчик — иное дело: в решении от 24.08.2026 по делу 1563-08-26 Трибунал по надзору за содержанием под стражей открыл заседание с помощью приложения и из-за отсутствия подходящего переводчика перенёс заседание на следующий день — после чего заседание было проведено с помощью переводчика.
Скажите об этом сразу и прямо и попросите зафиксировать это в протоколе, наряду с просьбой о переводчике на ваш язык. Не подписывайте документацию, которая не была вам переведена, — пункт ח.2 Процедуры 5.1.0013 обязывает перевести собеседование перед подписанием, а пункт ח.4 устанавливает, что отказ подписать документируется. Возражение в реальном времени — один из критериев, которые проверяют трибуналы, и его отсутствие сильно ослабляет довод впоследствии.
На слушании, проведённом перед изданием приказов о высылке и содержании под стражей, пункт ד.2.12 Процедуры 10.3.0001 устанавливает, что копия протокола передаётся иностранцу. В собеседовании по Процедуре 5.1.0013 пункт ז.6 допускает передачу копии бланка проведения собеседования только по запросу и только после окончательного решения по заявлению, и даже тогда будет передана документация хода собеседования, а не резюме, выводы или внутренние заметки.